Radja

Вчера и сегодня фотографировал в нашем районе.

Ещё Лондон из путеводителя.

Яхту собирал мой товарищ, который помог также склеить мне мой экземпляр катера. Довелось наблюдать этот катер и в реале возле Заячьего острова, когда тот испытывал свои лафетные стволы. Кстати, мы на катер установили и продававшуюся отдельно систему радиоуправления, и теоретически она работает, но за 10 с лишним лет просто негде было опробовать.

Фото Лондона из путеводителя - раньше не выкладывал.

Всё руки не доходили запихнуть скан этого текста в распознаватель. Сэм Поси известен в мире автомобильного спорта как победитель многочисленных гонок на машинах самого различного класса, начиная от малолитражек и кончая моделями с рабочим объемом двигателя в пять литров и больше (Гран-при и Гран-туризмо). Он является одним из сильнейших претендентов на приз континентального чемпионата Американского клуба спортивных автомобилей. участвую в гонках, потому что мне доставляет удовольствие искусство вождения и победа. Искусство вождения. Мною овладевает неописуемое чувство радости, когда я со скоростью 320 км/час беру поворот на крутом спуске. Мир проносится перед глазами, как в тумане, машина, кажется, вот-вот оторвется от земли. Я способен развить такую скорость, о которой водитель обычного автомобиля и не мечтает, потому что гоночные машины удивительно послушны. Тут все — и сцепление, и мотор, и покрышки, и коробка скоростей — становится частицей меня самого. Я чувствую автомобиль всем своим существом, словно у нас одна общая нервная система. Представьте себе мое положение за рулем. Я откидываюсь на спинку сиденья, почти лежу. Ноги вытянуты вперед. По бокам, совсем рядом со мной, расположены бензобаки. Корпус мой туго перетянут плечевыми и набедренными ремнями. Ноги мои почти неподвижны. Свободны лишь руки, которые мне нужны для управления машиной и переключения скоростей. Я крепко сжимаю обтянутое кожей рулевое колесо руками в перчатках, и от этого мне становится приятно. Коротенький рычаг переключения скоростей расположен справа. Приборный щиток у меня перед глазами. Допустим, мне хочется прогнать машину несколько кругов. Я нажимаю кнопку стартера, и мотор моментально оживает, заглатывая огромное количество воздуха своими восемью раструбами. Переключаю рычаг, отпускаю сцепление и по дорожке выезжаю на трассу автодрома. Стрелка тахометра то поднимается, то падает — это я переключаю скорости. Машина идет все быстрее и быстрее. За спиной у меня неистощимый источник силы — мотор. Я приближаюсь к первому повороту. Трасса идет вниз и затем сворачивает направо. В обычном автомобиле маленькая неровность дорожного покрытия почти не ощущается. Зато в гоночной машине при малейшей шероховатости вам кажется, что земля проваливается под вами. То же самое люди испытывают в самолете, когда тот попадает в воздушную яму. Рулевое колесо в моих руках становится каким-то легким. Затем дорога ударяет в автомобиль исподнизу, и кажется, что баранка вот-вот выскочит из рук. Но я удерживаю ее и веду машину по намеченной траектории. В этот момент соприкосновение с землей уменьшается до критического предела, автомобиль почти выходит из повиновения. Но конструкторы знали, что делали, когда создавали гоночную машину, и я, целый и невредимый, со скоростью свыше 55 м/сек мчусь по прямой. Совершая каждый круг, я полагаюсь на свое мастерство и надежность машины. На каждом круге я должен выполнять нечто такое, что противоречит моему инстинкту самозащиты. Если бы вам пришлось сидеть со мной в качестве пассажира, то вы бы, по всей вероятности, отчаянно струсили. Скорость действует вообще устрашающе. Как-то я взял с собой фотографа. Совершив со мной круг по кольцу автодрома, он был ни жив ни мертв, его вырвало тут же в машине. Весь секрет заключается во власти над скоростью. Что особенно важно для гонщика — это способность побороть страх. Случайно расшибиться или даже погибнуть может человек любой профессии, гонщика же опасность подстерегает на каждом шагу, она становится неотъемлемой частью его жизни. С 1950 года погибла по крайней мере треть лучших участников состязаний на «Гран-при». Моя великолепная гоночная машина — это орудие самого опасного в мире спорта. В ее обтекаемых формах скрыто достаточно бензина, чтобы сжечь меня — и ее — дотла, причем в несколько секунд. Откажи тормоза или соскочи колесо, и я превращусь в пленника, заключенного во взбесившуюся ракету, или кувырком взлечу вверх и упаду на верхушки деревьев. Я не сказал бы, что мысль об опасности меня не тревожит, хотя мне и кажется, что своим умением управлять машиной я, по возможности, обезопасил мою нелегкую профессию. Однако, оказавшись за рулем, я очень редко об этом тревожусь. В предвкушении борьбы, когда я думаю лишь о том, как обогнать своих противников, страх проходит. Умение побеждать в себе страх — хотя бы на короткое время — неизменно вызывает во мне чувство радости и гордости. Удовольствие, которое я испытываю от власти над машиной, над чувством страха, — вот что, собственно, и сделало из меня гонщика. Самое главное для меня — выиграть гонку. Победа! Со стороны это выглядит так: тебе отмахивают на финише флажком, надевают на шею лавровый венок, после этого следует поцелуй королевы красоты и денежный приз. Но для меня главное не в этом. По натуре я агрессивен, эгоистичен, мною владеет непреодолимое стремление к успеху. Победа для меня – это сбывшаяся мечта, самоцель, восторг, когда все кажется достижимым. Если на одну чашу весов положить все опасности и нелегкий труд гонщика, а на другую – удовлетворение и бурную радость победителя, то последнее перетянет, ибо гонки для меня – это альфа и омега, это главная цель моей жизни. Предельно выражает моё восприятие автоспорта. Нашёл в журнале "Америка" за 1970 год.

Скатался в Центральный Детский Магазин на Лубянке, там открыли Музей Детства. Большинством экспонатов можно невозбранно играть.

Не было, точно. Вот ещё от меня. Точнее от А. Новикова.

Это да! И восхищаться подобными, даже потерявшими практический смысл конструкциями - совершенно естественно. В каждой исторической эпохе есть свои яркие моменты - лукулловы пиры, рыцари, Лоренцо Медичи в окружении живописцев и скульпторов, энциклопедисты во главе с Дидро, всякие арзамасские братства и могучие кучки. Глупо было бы заявить, что место прошлому - в прошлом, что там ничего не было, кроме грязи и нищеты, а единственная достойная эпоха - современность с её достижениями, благами и комфортом. Может, в будущем ещё настанет время цивилизации, для которой мы будем ничуть не лучше всех этих римских легионеров и средневековых разбойников, а равно и первобытных дикарей с каменными топорами. Но надеюсь, эта цивилизация отдаст должное и нашей эпохе, понимая, чем ей обязана.

А, это который принадлежал князю Суханову. Действительно, рекорд по объёму и мощности для того времени. Но это как раз пик, пройденный в тот момент. Далее уже начали применять более рациональные способы достижения наилучшей динамики. Сразу после Мировой войны братья Мазерати уже делали болиды с моторами литра в полтора, которые этого огнедышащего монстра сделали бы "на раз".

Вот представьте человека, попавшего к нам из похожего на наш, но другого мира, для которого просто не существует таких идиом, как "Ленин", "кока-кола", "Санта-Барбара". Для полноты картины представим, что в его мире не придаётся такого значения брендам, как у нас, и на автомобили, пылесосы и прочие изделия не прикрепляют запоминающихся геральдических эмблем и не дают им звучных имён, а обозначают исключительно невнятными цифровыми индексами. Это для нас Ferrari с раннего детства - понятие, вмещающее гораздо больше, чем можно выразить словами, а для него просто непонятное слово. Не говорящее абсолютно ничего. И в нашем мире есть дремучие люди, ещё в конце 90-х такие работали в редакции "Огонька". Для них Ferrari - просто марка машины, и они не видят разницы - Ferrari или Mercedes. Если им попытаться объяснить, что это какая-то особенная марка - они только пожмут плечами: "Ну, мало ли какие машины бывают?.." Потому что сами кроме как на трамвае никогда в жизни не ездили. Ferrari - вещь, находящаяся за гранью их мира.

Да он просто как инопланетянин, для которого наша жизнь - набор бессмысленных ритуалов и поклонений неведомым идолам. Как на планете Пэ-У в "Агенте КФ" у Кира Булычёва. Такие имена, как Энцо Феррари - для него пустой звук, он не представляет, чем Коммендаторе лучше обычного выпускника автомобильного техникума.

У него вообще какое-то странное восприятие. Он считает, что подобными машинами восхищаются только "автофанаты", "страдающие автозависимостью" и "экзальтированные", а практического смысла и какой-то ценности для человечества в них нет.

Ох, вот мой знакомый любитель "зрить в корень" разобрал бы этот потрясный дизайн по косточкам, а скорее разнёс в пух и прах... Особенно он не выносит длинные капоты, по его мнению они не имеют права на существование. Вообще он про все спортивные машины говорит "искажённые пропорции", "жертва идеи формы".

У белого штейфовского котёнка появилась подружка. Неожиданно знакомая скинула ссылку на объявление о продаже.

В своё время немало их ездило. И катафалки с такими же кузовами. Теперь вот стоят по задворкам. В конце 90-х у нас по Рублёвке ездил медицинский "Мерседес" с высоким кузовом - у него всё время окна были открыты, и в нём сидело несколько молоденьких медсестричек. Только этот уже был на базе 124 или 201.

Вот Люку сфотографировал, когда тот сидел на подоконнике. Это его любимое место.

Снова девушки. Ничего, что я из новостей сюда фотки перетаскиваю?

Проспект по теме - французская техника, предлагавшаяся на выставке в Москве советским спецслужбам.

Папка проспектов с медицинскими машинами на шасси Mercedes.

Вот заснял два барахольных 116-х - оба давно стоят на Мосфильмовской. Ещё K-5 там проезжал - удалось поймать, а Ford F350 - не пикап, а бортовой грузовик - проехал мимо. На нём была надпись "Управление механизации".

Из АР.

Вот из свежачка.

А это я в Крылатском 86-ю встретил, ещё до того, как увлёкся ими. И вот Sera ещё часто ездит по Крылатскому, а постоянно обитает в Строгино. В Крылатском есть ещё одна Sera, и сейчас стоит жёлтая на Пролетарском. Старый Chaser стоял на Университетском, 6, но его в позапрошлом году доконали. Crown на Нахимовском хозяин 6 лет пытается продать, каждый раз, когда я там появляюсь, спрашивает, нет ли интересующихся. Это он в первый раз, когда я фотографировал машину, просил разместить фото и информацию на сайтах по "японцам".

А вот с АЭ-2011.

Вот ещё с ретро-парада у Железнякова.